- Да, Бешенцов - баптист, я брал у него читать всякую ерунду, вроде прохановских "Гуслей"; ничего в этих гимнах не понял. Но и вредного не нашел тоже... Бешенцов - хороший матрос!

Из-под койки командира вылезает толстый, зажравшийся питон-боа, которому Иванов-6 перебил на охоте в джунглях палкою позвоночник. А потом пожалел гада и теперь таскает на крейсере по морям, изводя на эту рептилию казенное мясо.

- На место! - говорит каперанг, треснув удава шлепанцем по башке, и спокойно спрашивает далее: - Радио?

- Ночью была шифровка, переданная нам с "Куин Элизабет", у англичан станция дальнобойная - они и Лондон могут принять.

- А нам? Откуда?

- Очевидно, был принят Севастополь:

- Отлично, отлично. Ну, я вас более, мичман, не держу. Спасибо за вахту... Кстати, происшествий не было?

- Нет. Только французский гробовщик доставил на борт штрафного. По-видимому, матрос отбился от своего корабля.

- Хорошо, Евгений Максимович, ступайте...

Не накинув даже пижамы, в одной сетке на жирной груди, Иванов-6 проследовал вдоль салонного коридора. Мягкие пыльные ковры глушили его шаги. Походя, каперанг двинул костяшками пальцев в полированную дверь каюты старшего офицера.

- Роман Иванович, - сказал, не задерживаясь, - пора...

И прошел мимо, не дождавшись ответа. Он командовал крейсером, а старший офицер Быстроковский - командой этого крейсера. И от этого у них бывали нелады, ибо методы общения с матросами были разные. Иванов-6 усмехнулся: "Ванька с барышней" - это еще пустяки, милая шутка скучающих людей. А вот известно ли Быстроковскому, что ему дано прозвище "Сопля на цыпочках"? - за его умение подкрадываться к матросам... Иванов-6, как и большинство людей флота,. - матерщинник. Но зачем изобретать обидные слова для матросов: рвань, скважина, падаль, как это делает Быстроковский? Пусти матроса по матери до седьмого колена, но... не обижай человека! Тогда служба крейсера пойдет как по маслу.